«Раз в крещенский вечерок девушки гадали…» Кто из нас не помнит со школьной скамьи эти замечательные строки бессмертного классика? Время течёт как песок сквозь пальцы. «Всё течёт,всё меняется»… Вот только люди остаются людьми. «Желают знать, что будет»… Да и не только. А также, что было, что есть, чем сердце успокоится, кто виноват и что делать?… Ну, а уж если судьба загнала вас жить в студенческое общежитие, то, значит, тем более, нет нужды отказывать себе в таком извечном девичьем развлечении, как гадание.
 
Хочу сказать, что барышни, бывшие тогда моими соседками по общежитию, вовсе не были оригинальными. Возраст их колебался от 15 до 20 лет. Посему, как и все их ровесницы на протяжении минулых столетий, больше всего они интересовались насчёт будущих женихов и замужества.

Каким образом это происходило? Да всё таким же… Ничего особенного. Как и везде: раскладывали пасьянсы на картах, разглядывали кофейную гущу, вызывали различных духов через перевернутое блюдце, лили растопленный воск. Ну, в общем, всё это было просто и банально. Даже чего-то особенного и вспомнить нельзя. Помню только, что всегда в такие моменты было очень весело!

Запомнилось всё как-то скученно. Эти, по-девичьи неумело разрисованные глазёнки, с надеждой зрящие на какую-нибудь из «прорицательниц» местного разлива, которая с видом роковой женщины затягивалась сигаретой и раскладывала на столе потрепанную колоду карт в незамысловатые комбинации. Нежные бело-розовые пальчики, еще не натруженные повседневной кухней-уборкой-стиркой, что с затаённым дыханием прижимались к груди, ожидая самых благоприятных вестей из «потустороннего мира»… Вот всё как оно было. Всегда по одному и тому же сценарию.

Правда,один раз не обошлось и без курьеза. В одной из девичьих комнат как-то допоздна загостились парни из числа местных жителей. Они незаконно проникли в общежитие по выкинутому из окна пожарному рукаву еще вчера вечером, и вот таким же макаром собирались ровно через сутки покинуть гостеприимную обитель. Они стояли уже одетые: в куртках, шапках и ботинках, как вдруг раздался стук в двери: громкий, чёткий и не терпящий возражения. Это с традиционным вечерним обходом пожаловала воспитательница. И парням ничего не оставалось как во всём своем зимнем убранстве нырнуть прямо в шкафы.

Воспитательница просунула голову в дверь, вошла, оглядела комнату и находившихся в ней девчат.. .И вот уже, пожелав им «доброй ночи», собралась уходить, как вдруг взгляд её упал на колоду карт, лежащих на столе.

— Ой, девочки, а это гадальные карты?
— Да, да, гадальные, — с готовностью подтвердила одна из жительниц комнаты, еще не подозревая, во что выльется ей её откровенность.
— А погадайте мне, пожалуйста! — с умоляющим видом произнесла воспитательница, тётка пенсионного возраста, три раза побывавшая замужем официально, да ещё и сверх того имеющая бесчетное количество кавалеров, любовников и поклонников.

И началось! Девчонки раскладывали пасьянсы один за другим, гадали и на желания, и на женихов, на прошлых и будущих, и еще на всякую-всякую ерунду. И, чем дольше длился гадательный сеанс, тем сильнее входила в раж любопытствующая до девичьих утех, давно уже немолодая баба. А мальчишки так и сидели в шкафу в своей зимней амуниции, вынужденные не шевелиться, изнывать от жары и дышать через раз.

И неизвестно как долго продлилась бы эта забава-экзекуция, если бы девчата не пошли на хитрость Договорились с соседками, поставили чайник и позвали её в другую комнату пить чай с пирогом и вареньем. Только тогда взмокшие и вспаренные их кавалеры получили возможность благополучно ретироваться.

Честно хочу сказать, что я принимала участие в подобных развлечениях чисто из любопытства, считая это несерьёзным времяпровождением и оправдывая себя тем, что я еще молода и могу себе позволить потратить время на милые девичьему сердцу забавки. И относилась к ним без фанатизма, поскольку не считала их чем-то таким, что действительно могло бы заслуживать моего пристального внимания. Тем более, что на носу была защита диплома, а это означало скорый отъезд из родных мест в качестве «молодого специалиста» чуть ли не за тридевять земель, на много километров от дома. Вот таким образом через какое-то время я и очутилась в рабочем общежитии одного из крупных заводов.

Помню, с каким страхом, волнением и благоговением я переступила в первый раз порог женской холостяцкой общаги. Всё было ново, непривычно и необычно. И если бы мне в тот момент сказали, что жительницы этого большого, общего для самых разных людей, дома, тоже не брезгуют общением с потусторонними силами, то очень и очень удивилась бы такому факту. А, как показала последующая практика, совершенно напрасно…

Вот только хочу вам сказать, что вопросы, которые интересовали кое-кого из общаговских жительниц, простирались куда более дальше, нежели простое любопытство в плане «любит-не любит».

Особенно мне запомнилась одна из таких любительниц черной магии. Моя ближайшая соседка, Верка. Всё началось с того, что я однажды искала маленькую банку на кухонном столе. И, представьте себе, в уголке действительно стояла небольшая баночка, до половины наполненная водой. Я, недолго думая, выплеснула ту воду в раковину, и уже подалась идти с банкой в руках из кухни в комнату, как вдруг меня отвлёк раздражённый окрик:

— Э! Ты зачем воду мою вылила?!

Я, прося извинений, протянула ей банку обратно, оправдываясь, будто не знала, что эта банка кому-то нужна .Соседка отмахнулась от меня рукой и сказала, что я нарушила все её планы. Ей была нужна вода, а не банка, и теперь из-за меня ей снова придётся тащиться чёрт знает куда, «до той бабы».

Я не стала задавать лишних вопросов,но сразу решила, что тут дело явно нечистое. Извинившись перед соседкой еще раз, я удалилась из кухни, потихоньку посмеиваясь и, закрывшись в комнате, уже нахохоталась от души, спрятав голову под подушку. Ну, до того мне всё это смешным тогда показалось. И я, наверное, так бы и продолжала относиться к этой барышне с насмешливой несерьезностью, считая её пустоголовой сельской глупышкой, если бы не один случай.

Как-то раз мы вместе с ней сидели на кухне. Она курила, а я просто так, за компанию, чтобы не скучно было.

— Марина, а что это к тебе твой кавалер с пустыми руками-то ходит? Я уже какой раз за ним наблюдаю. Хоть бы буханку хлеба принёс! — раздался голос соседки, тетки Галки, немолодой уже бабы.

— Ой, тёть Галя, так зарплату ему уже третий месяц задерживают. Вот и нету у него денег мне на гостинцы… — простодушно пропищала я, девятнадцатилетняя девчонка, которая только недавно вылетела из семейного гнезда и безбоязненно выворачивала душу перед всеми, кому это было интересно.

— Нету денег? Хи-хи-хи-хи! И-и-хи-хи-хи! Да что ж это ты себе такого жениха-то завела?! Нищего! И-хи-хи-хи, — тряся полной грудью, заливалась тётка Галка.

— Шш! — зашипела Верка, словно утюг, на который только что смачно плюнули, и больно ткнула меня кулаком в бок.
— Кто тебя за язык тянет? Чего ты перед ней отчитываешься? Мало ли чего он с пустыми руками в гости ходит?! А ты не будь дурою! В следующий раз, кто будет такое спрашивать, то отвечай, что он строит дачу на два этажа, поэтому все деньги у него на строительство уходят! Вот как надо людям носы подтирать! Поняла?! А эта кобыла, тётка Галка, тоже хороша! За другими следит, а за собой не видит! Ишь,моду взяла чужого мужика у себя в гостях принимать! Тот мужик, который к ней всё время ходит — женатый! Я знаю, где его жена работает. Подожду, когда он в следующий раз сюда опять припрётся, и жене его позвоню! Чтобы пришла да на этих голубков полюбовалась!

Я оторопело раскрыла рот и уставилась на свою соседку. Верка была старше меня всего на пару лет. И вместе с тем — на целую жизнь. Больше я не относилась к ней так, как раньше. С того момента я поняла, что учёба за школьной партой и на студенческой скамье — это одно, а вот то, что можно почерпнуть от других людей в житейском плане — это совсем другое… И что мне, совсем еще глупой и зелёной, не смеяться бы надо с этой простой сельской девчонки, а слушать её в оба уха.

Много чего Верка мне рассказывала, много чему учила. Честно говоря, учила-то она меня плохому. И именно за это ей и спасибо. Потому что до этого меня учили только хорошему. И недобрые люди очень часто использовали это против меня. Покуда на моих горизонтах не возникла эта простая, ничем с виду не примечательная, девчонка. Она постоянно меня одёргивала, что-то подсказывала, делала важные, с её точки зрения, замечания. А я только слушала с открытым ртом, не переставая удивляться её хитрости и изворотливости.

Помню, как однажды Верка явилась домой в новой трикотажной юбке, хвастаясь, что приобрела её практически за копейки. Правда, пришлось пойти на афёру. Дело в том, что в тот день на базаре по какой-то неизвестной причине чуть ли не за бесценок была срочно вынуждена распродать свои товары одна заезжая машина-автолавка. Люди бойко разбирали халаты, полотенца, трикотаж. И Верке, которая на этот момент проходила мимо, приглянулась одна юбка. Причём, издалека. Но пока Верка подходила к месту распродажи, эту юбку уже примеряла на себя другая женщина. Многим покупательницам этот товар приглянулся, но выяснилось, что в наличии всего один экземпляр. Женщина примеряла юбку и восхищенно поворачивалась в ней вокруг своей оси, радуясь грядущей обновке. Но денег при покупательнице не оказалось, поэтому она отложила товар и пообещала через полчаса вернуться.

— Давайте, женщина, только поскорее возвращайтесь! А то нам надо срочно сворачиваться! — настоятельно напомнила продавец.

Верка походила еще немного по улице взад и вперед, а потом просто подошла к автолавке и, как ни в чём не бывало,обратилась к торговке:

— Извините,пожалуйста! Тут моя тётя несколько минут назад отложила для меня юбку и сказала, чтобы я её пошла и забрала сама. А то у неё из-за жары плохо с сердцем стало и уже нет здоровья по лестницам спускаться-подниматься.

— Да, да, красавица, вот она, эта самая юбка! Будешь носить да радоваться! — с готовностью протянула пакет хозяйка товара.

Верка не стала дальше тратить времени даром, передала деньги из руки в руку и пустилась наутек с вожделенной покупкой. Только её и видели. А о том, как скоро вернулась за юбкой её настоящая покупательница, что ей отвечала в оправдание торговка и чем там, вообще, дело закончилось — об этом история умалчивает…

Вот какая она была, моя беспокойная соседка, моя хорошая подруга. Но даже не своим богатым житейским опытом мне была интересна эта девчонка. Рано или поздно я бы его и от других людей набралась. Но вот ни до того, ни уже потом, через много лет, не встречался мне больше человек, который бы так всерьёз и свято верил бы во всякия гадания, заклинания и колдовство, как эта самая Верка. После того, как мы сошлись поближе, стали жить с ней в одной комнате, я узнала её совсем с других сторон, не уставая при этом ей удивляться всё больше и больше.

Помню,однажды дошёл до меня слух, что женится мой бывший кавалер, которого я на тот момент всё еще любила. Помню, страдала долго, много плакала.
Верка лишь пренебрежительно пожимала плечами:
-Так это не проблема! Не надо плакать,слезами горю не поможешь. Всё это исправимо!

— Меээээээ! — проблеяла я, глотая сопли и размазывая слёзы пополам с тушью по распухшей физиономии, — Что уже теперь делать остаётся? Морду ей что ли набить?!

— Тю,дура! — брезгливо дёрнула плечами Верка. — Это всё делается просто, тихо и культурно! Идешь в любую церковь, когда в ней идет венчание. И держишь в руке носовой платок. Пока поп ведет службу, то читаешь заклинание и этот самый платок, завязываешь крепко-накрепко узлом, а потом бросаешь потихоньку от себя на пол. И всё! Покуда твой Володька будет жить с той чумою, член у него стоять не будет! Пройдёт время, она гулять от него начнёт, потом разведутся. А там,глядишь, Володька и снова к тебе вернется! А какое надо говорить заклинание, так я тебя ему научу!

Помню, я даже реветь перестала. До того мне как-то одновременно это всё страшно и любопытно стало. Конечно, ни в какую церковь я не пошла. И никаких платков с заклинаниями против неверного кавалера на пол бросать не стала. Но с того момента уяснила для себя, что в жизни имеется много таких новых сторон, о которых я до тех пор и не догадывалась.

А жизнь тем временем шла своим чередом. Прошло пару месяцев и Верка крупно поругалась с одной из своих начальниц на работе. И вот я уже узнала, что если взять четыре черных платка, которые обычно надевают на похороны и, выйдя на перекрёсток дорог, разбросать их на все четыре стороны от себя, творя при этом заклинания, то тот, против которого ты это делаешь, уже на этом свете не жилец. Моя соседка на полном серьезе решилась отомстить начальнице подобным образом, высчитывая при этом по календарю, в какую из ближайших ночей это лучше сделать, сетуя на то, что зарплату опять на неопределенный срок задержали и купить четыре черных платка в ближайшие дни не представляется никакой возможности. А я только диву давалась такой изощренной мстительности и ломала себе голову над тем, до чего же всё-таки близко сталкивается мир реальный и потусторонний.

Неизвестно, чем бы всё это закончилось, если бы веркину начальницу срочно не перевели на другой участок. А тут у Верки как раз попутно расширился фронт работ в любовном плане. Так что ей уже стало не до бывшей начальницы.

Внезапно выяснилось,что веркин кавалер начал от неё тайно похаживать еще к одной барышне, в другое общежитие, которое находится на другом конце города. Верка, недолго думая, раздобыла у знакомой буфетчицы белый халат, повязала голову косынкой, и под видом работника санэпидстанции потащилась по нужному адресу И там в одной из комнат, где, собственно, и жила её соперница, посыпала под батареями каким-то порошком, привезенным от знакомой бабки. Вроде как совершенно законная травля тараканов получилась. И только я одна со слов Верки знала,что порошок — не так себе мука перетертая, а «отворотное зелье». По крайней мере, именно так утверждала бабка, которая им и снабдила мою беспокойную соседку. Хотите верьте,хотите нет,но… То ли рассыпанное под батареей зелье действительно было «отворотным», то ли другая какая была причина, но всего через пару-тройку дней Веркин кавалер уже снова целыми днями торчал у неё в комнате. Даже носа на улицу не показывал.

А потом вдруг случилось так, что этот самый кавалер снова стал гулять. Да уже совсем внаглую. Мог целыми неделями к ней носа не показывать. И Верка вновь обратилась за помощью к черной магии. Помню, для очередного сеанса был выбран вечер, когда почти у всех ближайших соседок в общежитии гостили поклонники.

Верка улучила минуту, когда в коридоре никого не было, взяла веник, совок и вышла вон. Там она под каждой соседской дверью, где в тот момент гостевали мужики, мела веником мусор на совок, била поклоны, шептала какие-то заклинания, а потом вернулась обратно в комнату и махнула совком, с наметенным по коридору мусором, в один из углов нашей комнаты. В ответ на мои недоуменные взгляды Верка пояснила, что теперь, если всё сделано правильно, то кавалеры от баб-соседок поуходят, а к ней вернется её ненаглядный Женька.

Я только рукой махнула, поскольку мне уже начали надоедать её многочисленные колдовские выбрыки. А дальше было вот что. Трое из четверых соседок, у которых Верка мела колдовским веником под дверями действительно разругались со своими ухажерами. Причём, практически сразу и одновременно. А ко мне вдруг начали заявляться в гости все мои бывшие поклонники, которых я успела завести на тот момент, прожив в рабочем общежитии два с половиной года. Были даже те, которые жениться на тот момент успели. И те, за которыми я отчаянно скучала и те, которых не желала видеть ни под каким соусом. Но они всё равно шли. Была у меня прямо какая-то «неделя открытых дверей». Вот только Женька, веркин кавалер, так больше и не заявлялся.

Для выяснения обстоятельств Верка срочно поехала к всё той же своей знакомой бабке. И оказалось, что всё-то Верка сделала правильно за исключением одного. Не в тот угол махнула совком. Поэтому-то Женька к ней не пришёл, а ко мне гости толпой повалили. Короче,смех да и только.

Да, да, вот так оно всё и было. И,вполне возможно, что мне и дальше бы пришлось исподволь ненавязчиво обучаться колдовскому ремеслу, если бы жизнь не внесла свои коррективы. Дождавшись очередного отпуска, я уехала в гости к родителям. А когда вернулась через месяц, то своей закадычной подружки уже в общаге не застала. По какой-то, так до конца мной и не выясненной причине, она буквально за два дня рассчиталась с завода и уехала к себе на родину.

С тех пор наши пути больше не пересеклись ни разу. Вначале мне, конечно, было очень жаль. Даже не то чтобы жаль, а стало скучно и как-то…пусто… Правда,потом, некоторое время спустя, сами собой все грустные чувства улеглись. Я смирилась с такой, нелёгкой для меня, утратой и, закружившись в вихре последующих событий, так больше своей подружки, поклонницы чёрной магии, и не вспоминала. И как сложилась её дальнейшая судьба, я не знаю.

Теперь, по прошествии многих лет, могу сказать, что многие житейские уроки, которые преподнесла мне Верка, не прошли для меня даром. Много и много полезного я от неё почерпнула. Вот только до колдовского ремесла почему-то бестолковой оказалась. Может, с этим надо родиться. А, может, этим просто надо сильно хотеть заниматься. Я не знаю, в чём тут дело. Много потом ещё пришлось стерпеть обид от посторонних людей. Но как-то ни разу не пришла мне в голову мысль купить четыре черных платка и выйти с ними ночью на перекресток дорог… И когда женились мои бывшие кавалеры, я тоже так ни разу и не пошла в церковь с носовым платком, чтобы там завязать его на узел и кинуть прочь от себя во время венчальной процессии.

Почему? Ну, хотя бы потому, что я так до сих пор толком и не поняла, как правильно надо относиться к чёрной магии. Нужно ли в неё верить, или же, напротив, не стоит заморачиваться. Но одно я для себя уяснила точно. Не может принести человеку пользу то, что задумано им с недобрыми мыслями. Ведь впоследствии всё равно добро вернется к нам добром, а зло — злом. Уж в это я верю точно.

А еще мне очень нравится фильм «Собачье сердце». Там есть один момент, когда пожилой профессор советует своему молодому ассистенту-доктору: «Живите до смерти с чистыми руками». И вот с этим высказыванием уже точно не поспоришь. Даже если оно и не имеет отношения к колдовству. Просто нельзя считать «чистыми» те руки, что хоть никого и не убили физически, но которыми творятся любые действия, рассчитанные принести зло другим людям. Даже если эти люди тебя смертельно обидели.

 
Марина Палицина,
©пециально для проекта ПСИХОЛОГ

 

 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here