Во времена самой седой давности начальство тщательно следило за тем, чтобы выдерживать между собой и поданными как можно большую дистанцию. Египетские фараоны с этой целью уровняли себя с богами. Во времена более просвещённые, когда за попытку поравняться с богом можно было принять самое непосредственное и живое участие в инквизиторском костре, короли присвоили себе титул помазанников Божьих. В современных условиях начальство попыталось затвориться от подчинённых в отдельных кабинетах, выставив на входе с целью охраны специально обученных секретарш. По нынешним временам, когда отдельный кабинет и секретаршу зачастую содержать просто нет финансовых возможностей, вопрос о соблюдении дистанции стал весьма актуальным. Так почему же начальники так хотят оторваться от народа?
Контакты третьего рода…
Если уж и существуют какие-то особенности национальной работы, то это, несомненно, неумение отделять свою личную жизнь от рабочей. Потому что на работе мы говорим о личных проблемах, а дома, особенно за большими застольями, где-то после третьей-четвёртой, говорим о работе. Особенно подробно обсуждают свои личные проблемы женщины – как дела у мужа, чем заболел младший, что в школе у старшего, что у неё болело сегодня с утра – всё становится достоянием общественности.
Проблема с офисной площадью, а именно с её дороговизной, привела к тому, что многим начальникам, особенно среднего звена, приходится работать в одном помещении со своими подчинёнными. В результате начальник также оказывается участником некоего сериала под названием «Жизнь моих подчинённых». Начальник становится в курсе всех жизненных проблем своих подчинённых, которые они активно обсуждают в рабочее время. В результате шеф получает огромное количество информации, которая на самом деле ему и даром не нужна, но которую ему приходится переваривать. Кроме того, будучи живым человеком, которому присущи, хоть и в разной мере, но всё же, эмоции, шеф несёт дополнительную эмоциональную нагрузку, которой у него и так хватает. В результате всё выше изложено каким-либо образом сказывается на работе всего подразделения. Понятно, что негативно.
Кстати, и на самому подчинённому его излишняя открытость может вылезти боком. В конце концов начальник, утомлённый бесконечными подробностями почти интимного характера, задаст себе законный вопрос – а как там у него с работой, не идёт ли это постоянное общение во вред делу. А что будет с эффективностью труда, если этот работник перестанет так много разговаривать и займётся своим прямым делом? А не мешает ли он прочим заниматься своим делом? Результатом подобных раздумий может стать серьёзный разговор с предупреждениями или же какие-нибудь штрафные дисциплинарно финансовые санкции с последующим увольнением, если ситуация не изменится радикально. Впрочем, руководитель может оказаться чертовски терпеливым и снисходительным (вот сам написал и самому захотелось на такого посмотреть), однако когда из нескольких кандидатур, в том числе и вашей, надо будет выбрать одного с целью перемещения на вышестоящую должность, то тут уж «доброжелатели» не преминут напомнить шефу о всех ваших проблемах, которые на их «незаинтересованный» взгляд будут мешать справляться вам с почётной миссией. Поэтому на работе стоит заниматься тем, для чего туда пришли – работать, а разговоры оставить для корпоративного психолога, а в случае наличия отсутствия такого, для обсуждения в узком семейно-дружеском кругу за рюмкой чая.
Давление «тусовки»
На этапе формирования и становления многие организации, проходя этап становления внутренних связей и отношений, подхватывают вирус «тусовки». Потому как получается – собрались друзья, посидели-подумали, родили идею и принялись её воплощать. Штурм, прорыв, ночные бдения, работа до упаду и как результат – дело стало на ноги и пошло в гору. Вот только отношения так и остались на уровне «кухонных». Хорошо, если только среди отцов-учредителей, ибо это только полбеды, а вот если они распространены на всю фирму… В результате чисто деловых отношений не получается, в них присутствует слишком много эмоций. В результате отношения становятся слишком накрученные, объективность оценки приносится в жертву сложному сплетению межличностных отношений, взаимных обид и ожиданий, условностей, претензий и критики. Отсутствует взвешенность и не пристрастность в принятии решений, которое становится зависимым от личностных факторов. Кто там и что сказал о толерантности? Слишком много сил, которые можно было употребить на благое дело, расходуется на преодоление личностных неприязней и утрясание различных вопросов. А ведь достаточно было культивировать в коллективе поддержание разумной эмоциональной дистанции между подчинёнными.
О недоступности шефа…
Управление только на первый взгляд вещь простая и доступная. Кажется, чего там, хочу кручу влево, хочу – вправо. Хозяин – барин. На самом деле, управление забирает много сил, как просто физических, та к и эмоциональных в особенности. А поскольку любой организм стремится к наименьшим потерям энергии, то и шеф в этом плане не исключение. Именно этим объясняется то, что множество начальников для своих подчиненных – застёгнутый на все пуговицы футляр.
Всё дело в том, что если начальник имеет привычку делиться своими личностными переживаниями или проблемами с окружающими, то дистанция между ним и его работниками сглаживается, размывается. Вступает в действие так называемый «эффект причастности» (тот самый эффект, который заставляет простого обывателя живо интересоваться личной жизнью звёзд – пусть с известностью и деньгами у меня не сложилось, зато хоть проблемы у нас одинаковые). В человеческих отношениях шеф становится ближе, понятнее. Именно поэтому некоторые из подчинённых считают своим долгом в таком случае обсуждать, а то и вообще откровенно игнорировать распоряжения начальства, типа : «Что он нас уму учит, пусть лучше своим сыном займётся, а то тягает одни двойки со школы». Это одна сторона медали.
Теперь о другой стороне. Никто не может забрать у шефа права управления – назначать и снимать с должности, требовать, оценивать деловые качества подчинённых, снижать премию или вообще увольнять. Вот только делать это ему становится значительно эмоционально труднее. Ведь как можно лишить премии человека, который буквально только вчера с неподдельным сочувствием выслушал рассказ о проблемах шефа. Поэтому, получая сочувствие от своего подчинённого, начальник словно обретает некоторую эмоциональную зависимость. Для того, чтобы справиться с которой, придётся немало постараться.
Причиной закрытости шефа зачастую становятся и сами подчинённые, которые не всегда могут, а главное хотят разделять неформальные (неслужебные) и формальные (служебные) отношения, пытаются манипулировать шефом, используя сложившиеся отношения. Ну а кому понравится, когда им пытаются управлять помимо его собственного желания, даже если это искусно замаскировано?
И вообще, лично мой довольно богатый опыт управления довольно большими коллективами показывает, что лояльное и доброжелательное отношение к себе подавляющее большинство, около 80 процентов, начинают почему-то воспринимать как личную слабость и пытаются сесть на голову. И когда люди просто вынуждают повысить на себя голос или применить меры дисциплинарного воздействия, то это вызывает у них бурю возмущения. Потому как хорошее отношение, на их взгляд, даёт им право воспринимать начальника как одного из равных.
Вадим Мовчан
